Реферат
по Мировой Художественной Культуре на тему: "Песни Великой Отечественной войны"
ученицы 9Г класса школы №1128 г.Москвы Кулешовой Екатерины Павловны

Песни во время войны были всеобщим достоянием; не менее важно, что народное самосознание выражалось в них наиболее концентрированно и заостренно. И, наконец, нельзя не отметить, что целый ряд этих песен сохраняет свое значение и сегодня: их поют теперь уже и внуки тех, кто застал войну - поют, собравшись где-либо, и даже перед телекамерами /имеются в виду совсем молодые певцы и певицы. Правда, последнее бывает не столь часто, но надо скорее удивляться тому, что вообще бывает, - если учитывать, какие персоны заправляют сейчас телевидением.
Есть основания полагать, что нынешнее молодое поколение дорожит и теми или иными стихотворениями и поэмами, созданными в годы войны, но полностью убедиться в этом не так легко, а вот тогдашние песни, звучащие сегодня из молодых уст в телестудиях, концертных залах или попросту на улице - убеждают.
Вспомним хотя бы десяток песен, созданных в I941-1945 годах, известных во время войны всем и каждому и продолжающих свою жизнь по сей день; "В лесу прифронтовом" /"С берез неслышен, невесом..."/, "Огонек" /"На позицию девуш¬ка провожала бойца,.,"/ и "Враги сожгли родную хату..." Михаила Исаковского, "Соловьи" /"Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат..."/, "На солнечной поляночке..." и "Давно мы не были дома" /"Горит свечи огарочек..."/ Алексея Суркова, "Дороги" /"Эх, дороги, пыль да туман..."/ Льва Ошанина, "Случайный вальс" /"Ночь коротка, спят облака.../ Евгения Долматовского, "Темная ночь" Владимира Агагова /для которого эта песня, по-видимому, была единственным творческим взлетом,../. Слова этих песен, конечно же, всецело порождены войной, но на первом плане в них - не война, а тот мир, который она призвана спасти.

ТЕМНАЯ НОЧЬ.
Стихи В.Агатова
Музыка Н. Богословского

Темная ночь, только пули свистят по степи,
Только ветер гудит в проводах, тускло звезда мерцают.
В темную ночь ты, любимая, знаю, не спишь,
И у детской кроватки тайком тыслезу утираешь.
Как я люблю глубину твоих ласковых глаз,
Как я хочу к ним прижаться сейчас губами,
Темная ночь разделяет, любимая, нас,
И тревожная, черная степь пролегла между нами.
Верю в тебя, дорогую подругу мою,
Эта вера от пули меня темной ночью хранила.
Радостно мне, я спокоен в смертельном бою,
Знаю, встретишь с любовью меня, что б со мной ни случилось.
Смерть не страшна, с ней не раз мы встречаяись в степи,
Вот и сейчас надо мною она кружится...
Ты меня ждешь и у детской кроватки не спишь,.
И поэтому, знаю, со мной ничего не случится.

И НЕ РАЗ, И НЕ ДВА!
Стихи Г.Гридова
Музыка Б.Фомина

На родных полях завыли ураганы,
Тучи полегли над самою землей.
Огневым дождем встречать гостей незванных
Пробил час, товарищ боевой!
Припев:
Мы не раз и не два недруга учили
Обходить СТОРОНОЙ русские луга.
И не pay, и не два в поход ходили,
И не раз, и не два били мы врага!
Были мы всегда отвагою богаты.
И, когда страна скликала нас в поход,
Лавою стальной на всех врагов заклятых
Поднимал сынов своих народ.
Припев.
Пронесли в боях мы предков наших славу,
Не согнула нас свинцовая гроза,
Всиали в ряд один: Бородино, Полтава,
Перекоп и финские леса.
Припев.
За разбой и кровь пощады нет фашистам,
Нас на бой священный Родина зовет.
Не померкнет солнце в нашем небе чистом.
Наш огонь врага в бою сметет.
Припев.
Родину беречь нам завешали деды,
Жизни не щадя, в атаку шли отцы.
Выпал!час и нам сражаться до победы -
В бой! Вперед! За Родину, бойцы!
Припев:
Мы не раз и не два недруга учили
Обходить стороной русские луга.
И не раз, и не два мы в поход ходили,
И не раз, и не два били мы врага!
1941

Песня эта была написана в июле 1941 года для пьесы Рос-товского-на-Дону 'драматического театра имени М.Горького "фельд¬маршал Кутузов" В.Соловьева. В финале спектакля перед зрителями появились Александо Невский, Петр I, Суворов, Чапаев. Свое об-ращение к залу они начинали с того, что произносили: "Так было и при мне", а после этого рассказывали о том, как неизменно были биты захватчики, посягнувшие на священные рубежи нашей Отчизны. Затем из зрительного зала выбегали на сцену донской казак, боец-пехотинец, появились воины всех родов войск и раз¬давалось громкое: "Так будет и при мне!". Заканчивался спектакль песней "И не раз, и не два", которая вскоре стала очень популяр¬ной. Автор текста песни Г.Гридов под Вязьмой попал со своей час¬тью и редакцией армейской газеты в окружение и погиб.

ГДЕ ОРЕЛ РАСКИНУЛ КРЫЛЬЯ
Стихи С.Алымова
Музыка А.Новикова
Где Орел раскинув крылья
Над рекой Окой,
Там покрылись черной пылью
Мы пороховой. Эх!
Целый месяц мы не спали,
Будто день прошел,
Наседали, наступали
Эх, да на Орел!
Припев:
Рыбам - речка, хатам - печка,
Нам - поход.
До победы недажечко -
Марш вперед!
Как орел,крылатая,
Бурею прошла, эх!
Сто двадцать девятая
Имени Орла!
Где лесами, где по кочкам,
Автомат в руке,
Незабвенные денечки
Битвы на Оке!
Нас и "тигры" не пугали:
Мы на то стрелки.
По-орлиному клевали
Немцев русаки!
Припев.
Оправдалась наша спешка -
Впаг конец нашел.
Немцам выпала всем "решка",
Нам - родной Орел!
В нашу честь салют московский
Грянул на весь свет!
Путь дивизии Орловской -

Славный путь побед!
Припев:
Рыбам - речка, хатам - печка,
Нам - поход.
До победы недажечко -
Марш вперед!
Как орел, крылатая,
Бурею прошла, эх!
Сто двадцать девятая
Имени Орла!
1943
5 августа 1943 года в Москве впервые прогремели 12 артил-лерейских залпов из 120 орудий. Москва салютовала доблестным войскам, освободившим Орел и Белгород. Одной из первых ворвалась в Орел 129-я стрелковая дивизия. За этот подвиг ей было присвоено наименование Орловской* Композитор Анатолий Новиков вместе с поэ¬том Сергеем Алымовым по просьбе командования дивизии написали песню. Командование одобрило песню и предложило разучить с бой¬цами. Авторов отвезли в часть, расположенную в трех километрах от передовой. Здесь их встретил самодеятельный "духовой оркестр", а точнее говоря, - несколько духовиков, 2-3 баяниста и барабанщик, группа бойцов-запевал и 250 бойцов-автоматчиков. В руках у всех были листовки со словами песни, которую за ночь успели отпечатать в походной типографии дивизионной многотиражки.

СМУГЛЯНКА
Стихи Я.Шведова
Музыка А.Новикова

Как-то летом на рассвете
Заглянул в соседний сад.
Там смуглянка-молдаванка
Собирала виноград.
Я краснею, я бледнею,
Захотелось вдруг сказать:
Станем над рекою
Зорьки летние встречать!
Припев:
Раскудрявый клен зеленый, лист резной,
Я влюбленный и смущенный пред тобой.
Клен зеленый, да клен кудрявый,
Да раскудрявый, резной!
А смуглянка-молдаванка
Отвечала парню в лад:
'^Партизанский, молдаванский
Собираем мы отряд.
Нынче рано партизаны
Дом покинули родной.
Ждет тебя дорога
К партизанам в лес густой.
Припев.
И смуглянка-молдаванка
Но тропинке в лес ушла.
В том обиду я увидел,
Что с собой не позвала.
О смуглянке-молдаванке
Часто думал по ночам...
Вскоре вновь смуглянку
Я в отряде повстечал.
Ппипев: •:

Раскудрявый клен зеленый, лист резной,
—Здравствуй, парень, забубенный, мой родной,—
Клен зеленый, да клен кудрявый,
Да раскудрявый, резной!
1940
Песня "Смуглянка" была частью сюиты, написанной компози¬тором Анатолием Новиковым и поэтом Яковым Шведовым з 1940 году по заказу ансамбля Киевского Особого Военного округа. Однако в довоенные годы песня так и не исполнялась. В начале волны композитор решил показать "Смуглянку" на радио. Но там ее заб¬раковали. Стали ее исполнять с 1943 года. В 1^44 году компози¬тор А.Александров включил "Смуглянку" в программу концерта Краснознаменного ансамбля.

Правда, есть еще одна также известная всем и тогда, и теперь песня, которая имеет иной характер - "Священная война" /"Вставай; страна огромная..."/ Василия Лебедева-Кумача. Но во-первых, она - одна такая, а во-вторых, это, в сущности, не песня, а военный гимн. Написанные в ночь с 22 на 23 июня / 24 июня текст был уже опубликован в газетах/ слова этого гимна, надо прямо сказать, не очень уж выдерживают художественные критерии; у Лебедева-Кумача есть намного более "удачные" слова песен,-скажем:
Я на подвиг тебя проведала,-
Над страною гремела гроза. ' •
Я тебя провожала
И слезы сдержала
И были сухими глаза...
Но в "Священной войне" все же имеются своего рода опорные строки, которые находили и находят мощный отьвук в душах людей:
...Вставай на смертный бой.
...Идет война народная, Священная война....,' - • : '
И о противнике: ' ••• . . •' •
Как два различных полюса
Зо всем враждебны мы... ...''•• .
И призыв, близкий по смыслу другим песням:
...Пойдем ломить всей силою,
Всем сердцем, всей душой
За землю нашу милую...

На эти строки, в свою очередь, оперлась героико-трагическая мелодика композитора А. В. Александрова, и родился покоряющий всех гимн. Надо иметь в виду, что гимп этот люди, в общем, не столько пели, сколько слушали, подпевая ему "в душе", и едва ли помнили его слова в целом,- только "опорные". Как и многие обладающие высокой значимостью явления, "Священная война" обросла легендами - и позитивными, и негативными. С одной стороны, постоянно повторяли, что прославленный Ансамбль песни и пляски Красной Армии пел ее для отправлявшихся гта фронт войск на Белорусском вокзале уже с 27 июня 1941 года. Между тем скрупулезный исследователь знаменитых песен Юрий Бирюков по документам установил*, что вплоть до 15 октября 1941 года "Священная война" была, как говорится, в опале, ибо некие предержащие власти считали, что она чрезмерно трагична, с первых строк обещает "смертный бой", а не близкое торжество победы... И только с 15 октября - после того, как враг захватил (13-го) Калугу и (14-го) Ржев и Тверь-Калинин, -"Священная война" стала ежедневно звучать по всесоюзному радио. Сцену же, якобы имевшую место в первые дни войны на Белорусском вокзале, создал художественным воображением Константин Федин в своем романе "Костер" (1961-1965), и отсюда сцена эта была перенесена в многие будто бы документальные сочинения.

С другой стороны, с 1990 года начали публиковаться совершенно безосновательные выдумки о том, будто бы "Священная война" была написана еще в 1916 году неким обрусевшим немцем. Но это -один из характерных образчиков той кампании по дискредитации нашей великой Победы, которая столь широко развернулась с конца 1980-х годов: вот, мол, "главная" песня сочинена за четверть века до 1941 -го, да еще и немцем,.. Юрий Бирюков, анализируя сохранившуюся в Российском государственном архиве литературы и искусства черновую рукопись Лебедева-Кумача, в которой запечатлелись несколько последовательных вариантов многих строк песни, неоспоримо доказал, что текст принадлежит ее "официальному" автору.

СВЯЩЕННАЯ ВОЙНА
Стихи В. ЛЕБЕДЕВА-КУМАЧА
Музыка А. АЛЕКСАНДРОВА

Вставай, страна огромная,
Вставай на смертный бой
С фашистской силой темною,
С проклятою ордой!
Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна,—
Идет война народная,
Священная война!
Дадим отпор душителям
Всех пламенных идей,
Насильникам, грабителям,
Мучителям людей.
Не смеют крылья черные
Над Родиной летать,
Поля ее просторные
Не смеет враг топтать!
Гнилой фашистской нечисти
Загоним пулю в лоб,
Отребью человечества
Сколотим крепкий гроб.
Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна,—
Идет война народная,
Священная война!

Видный германский историк и публицист Себастиан Хаффнер в 1971 году писал о своих соотечественниках: "Они ничего не имели против создания Великой германской империи... И когда... этот путь, казалось, стал реальным, в Германии не было почти никого, кто не был бы готов идти по нему". Однако, заключал Хаффнер, "с того момента, когда русскому народу стали ясны намерения Гитлера, немецкой силе была противопоставлена сила русского народа. С этого момента был ясен также исход: русские были сильнее... прежде всего потому, что для них решался вопрос жизни и смерти".
В конечном счете именно это и воплощено в поэзии военных лет и особенно очевидно в песнях, которые посвящены не столько войне, сколько спасаемой ею жизни во всей ее полноте - от родного дома до поющих соловьев, от любви к девушке или жене до желтого березового листа...
И, возможно, эти песни, "объясняя" германской душе неизбежность поражения его страны, тем самым "оправдывали" это поражение и, в конечном счете, примиряли с ним... Отсюда - выглядящее парадоксальным пристрастие моего германского друга к этим песням.

Важно сказать еще, что нынешние попытки дискредитации прославленной песня лишний раз свидетельствуют о той первостепенной роди, которую сыграла песня (и поэзия вообще) в деле Победы! Ибо оказывается, что для "очернения" великой войны необходимо "обличить" и ее песню...
Сам Г. К. Жуков на вопрос о наиболее ценимых им песнях войны ответил так; ""Вставай, страна огромная...", "Дороги", "Соловьи".., Это бессмертные песни... Потому что в них отразилась большая душа парода", и высказал уверенность, что его мнение не расходится с мнением "многих людей"*. И в самом деле к маршалу, конечно же, присоединились бы миллионы людей, хотя и добавив, может быть, в его краткий перечень еще и "В лесу прифронтовом", "Темную ночь", "В землянке" и т, в.
Но обратим еще раз внимание на то, что собственно "боевая" песня -"Священная война" - только одна из вошедших в "золотой фонд"; остальные, как говорится, "чисто лирические". И вроде бы даже трудно совместить "ярость" этого гимна с просьбой к соловьям "не тревожить солдат", хотя маршал Жуков поставил и то и другое в один ряд.
Здесь представляется уместным отступление в особенную область познания прошлого, получившую в последнее время достаточно высокий статус во всем мире - "устную историю" ("oral history"), которая в тех или иных отношениях способна существенно дополнить и даже скорректировать исследования, основывающиеся на письменных источниках.
Близко знакомый мне еще с 1960-х годов видный германский русист Эберхард Дикман в свое время сообщил мне о, признаюсь, весьма и весьма удивившем меня факте; в Германии во время войны не звучало ни одной связанной с войной лирической песни; имелись только боевые марши и "бытовые" песни, никак не соотнесенные с войной. Могут сказать, что устное сообщение одного человека нуждается в тщательной проверке фактами, но мой ровесник Дикман в данном случае не мог ошибиться: он жил тогда одной жизнью со своей страной, даже являлся членом тамошнего "комсомола" - гитлерюгенд, старший брат его воевал на Восточном фронте и т. п.

Эберхард Дикман рассказывал и о том, как в 1945-м кардинально изменилось его отношение к страшному восточному врагу. 7 мая в его родной Мейсен на Эльбе ворвались войска Гго Украинского фронта, чего он ожидал со смертельным страхом - и из-за своего брата, и из-за своего членства в гитлерюгенд. Но его ждало настоящее потрясение: вражеские солдаты, расположившиеся в его доме, вскоре занялись благоустройством комнат и двора, добродушно подчиняясь указаниям его строгой бабушки... И хотя его отец счел за лучшее перебраться в Западную Германию, Эберхард не только остался на оккупированной нами Территории страны, но и избрал своей профессией изучение русской литературы (прежде всего творчества Льва Толстого).
Но вернемся к главному: в высшей степени существен тот факт, что наша жизнь во время войны была насквозь пронизана лирическими песнями (это подтвердит, вне всякого сомнения, любой мой ровесник), между тем как в Германии их или не было вообще, или по крайней мере они играли совершенно незначительную роль (иначе мой немецкий ровесник не мог бы их "не заметить"), И еще об одном. Эберхард Дикман очень полюбил наши военные песни и не раз просил меня напеть какую-либо из них; правда, как-то после пения фатьяновской "Давно мы дома не были", созданной в 1945-м и говорящей о парнях, которые находятсяуже
В Германии, в Германии -
В проклятой* стороне... -
притом строки эти, в соответствии с построением песни, дважды повторяются,- Эберхард заметил, что, быть может, не стоило бы повторять слово "проклятой" (мне пришлось напомнить ему известное изречение "из песни слова не выкинешь"), Приверженность немца к нашим песням, рожденным войной, трудно объяснима; сам он не смог дать ясного ответа на вопрос о том, чем они ему дороги. Но можно, думается, ответить на этот вопрос следующим образом. Как бы ни относился тот или иной немец к Германии 1930-1940-х годов, развязавшей мировую войну, он не может не испытывать тяжелого чувства (пусть даже бессознательного) при мысли о полном поражении своей страны в этой войне.

Но главное, конечно, в самом этом резком контрасте; нашу жизнь в 1941 -1945 годах невозможно представить себе без постоянно звучащих из тогдашних радиотарелок и поющихся миллионами людей лирических песен о войне, а в Германии их нет вообще! Перед нами, несомненно, чрезвычайно многозначительное различие, которое, в частности, начисто перечеркивает потуги иных нынешних авторов, преследующих цель поставить знак равенства между Третьим рейхом и нашей страной.
Тот факт что смысл войны воплощался и для маршала Жукова, и для рядового бойца в написанных в 1942 году словах: Пришла и к нам на фронт весна, Солдатам стало не до сна - Не потому, что пушки бьют, А потому, что вновь поют, Забыв, что здесь идут бои, Поют шальные соловьи... -
раскрывает ту историческую истину, о которой не говорится ни во многих несущих на себе печать "казенщины" книгах о войне, изданных в 1940-1980-х годах, ни тем более в очернительских писаниях 1990-х. . Но внуки пережившего войну поколения, поющие подобные песни сегодня, надо думать, как-то чувствуют эту воплотившуюся в них глубокую и всеобъемлющую истину.